Current location:	Минск-Вильнюс
Current mood:	bouncy
Current music:	Grinderman - No Pussy Blues
Entry tags:	be2gether, наши.пути.и.шествия

BE2GETHER: В моде зонты и калоши, а еще - быть хорошим! ЧАСТЬ 1 и 2.
Вначале было слово. И слово это было: ВПЕРЕД! Не дождавшись пятницы, в дорогу мы - я и мой друг, мастер перевоплощений, человек-чтоугодно - отправились уже в четверг вечером. Учитывая, что маршрутом заведовала я, простых путей не намечалось, а это означало: существует план, как доехать в одну сторону, и то не сразу. Первый отрезок пути назывался Минск-Граница, помочь в его преодолении вызвался друг Стрельников. Когда я села в машину, Стрельников признался, что если бы он умел читать прогноз погоды, то никогда бы не согласился везти нас в этот прекрасный дождливый день. Поскольку отступать было некуда, я смеялась, Стрельников плакал - так мы выехали на трассу.

Как только я распаковала узелок с двумя десятками бутербродов, дюжиной домотканых кексов и одной куриной ногой, несъеденной мною в несостоявшийся ужин, наш молниеносный водитель нажал на тормоза и неожиданно для себя объявил "Кажется, мы уже на границе!" Это было решительно невозможно, поэтому все трое мы пошли к ближайшему дальнобойщику:

- Граница?
- Граница!
- Не может быть! - "Не может быть" означало, что по дороге мы собирались устроить пикник, но дороги не заметили. Все, что мы успели сделать - придумать хорошие названия для пионерской газеты, среди которых было и такое, как "Пионерв" - для пионеров живых и "Пионекр" - для пионеров мертвых. На сим мы сначала накормили, потом обняли, затем развернули Стрельникова на 180 градусов, а сами пошли в Евросоюз.

Белорусские таможенники хохотали, глядя на меня с четырехместной палаткой за спиной. Мы хохотали вместе с ними, и так весело нам было на этой нейтральной территории, где по ночам литовские и белорусские пограничники от нечего делать перетягивают границу то в одну, то в другую сторону (по полметра за ночь), что уходить мы не торопились. Благими намерениями была выложена наша дорога в Европу - мы заглядывали в каждое окошко, включая окошки для дальнобойщиков, мы входили в двери, которые не открывались изнутри, колотили кулачками по стеклу, вырывались наружу, обходили контрольный пункт с другой стороны и снова заглядывали в окошко "А нам к вам не надо?!" Пограничники, которым везло встретить нас дважды, растерянно разводили руками "А ГДЕ ВЫ БЫЛИ ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ?!" Хорошо, приятно было ночью на границе, которую пересекать пешком можно только в специально отведенные дни, как в этот раз. Мы наслаждались каждой минутой - топтали газоны, блуждали нехоженными тропами, покупали коньяк в белорусском дьюти-фри, который больше не дьюти-фри, участливо спрашивали, как живется в новом статусе бывшим дьюти-фри-продавщицам, разглядывали белорусских пограничных жаб, пели песни. В общем, примерно в это же время наступила пятница.



Первым, кого мы встретили в Евросоюзе, оказалась литовская жаба. Либо та же самая белорусская жаба, которая нас обогнала. Первым, что мы увидели в Евросоюзе, были кресты - мемориал первому пограничному пункту. Судя по всему, нехорошо пришлось первопроходцам, и по этому поводу мы вскрыли коньяк. Еще через час за нами приехал добрый человек Евгений, благодаря которому у Вильнюса появились МЫ.

Первый же контакт с местным населением насторожил - тетка с бензозаправки, у которой мы покупали сим-карту за 10 лит, продала нам ее за 20 лит, после чего сообщила, что так (нам? ей?) и надо. Угнетало меня это ровно до тех пор, пока мы не приехали на место нашего ночлега - в городской домик деревенского типа недалеко от исторического центра города, где нашими соседями по комнате были такие же, как мы, фестивальные адепты, а соседями по дому - больные бабушки, которые ждали появления Славы, а он к ним так и не дошел. Не дошел Слава по нескольким причинам: во-первых, здесь нас ждала Черепаха, с которой мы сели во внутреннем дворике допивать коньяк, во-вторых, Слава обнаружил странного вида абсент, который выглядел, как средство для мытья посуды, и (по его словам) по вкусу напоминал то же самое. В-третьих, там была я, у которой чесались пятки отправиться в исторический центр города, где пил пиво Томас и все это время звал поскорее приходить танцевать. Черепаха тоже хотела танцевать. Так хотела, что уснула. Поэтому на поиски некоего места под названием Мохито Нактус отправились мы с Вячеславом вдвоем. Есть в европейских столицах своя прелесть - жизнь в некоторых из них вымирает еще до захода солнца. Впрочем, тогда мы об этом еще ничего не знали.

Итак, мы решили найти нужное место для попить пива и потанцевать. На карте его не было, а еще на карте не было номеров домов. Но была нужная гостиница - единственный ориентир для встречи с товарищами. Пока мы изучали карту, Томас устал пить пиво: "Я возвращаюсь в отель". "Отлично! - подумала я. - Мы же хотя бы знаем, где находится отель!" И я написала: "Мы идем на пешую прогулку по городу. Дойдем до отеля - дадим знать". "Тогда мы тоже устраиваем пешую прогулку и возвращаемся в Мохито", - написал Томас. Помню, я тогда подумала: "Аровлоалвылпоавыа!"

Слава сказал: "Карта нам не нужна - язык до Киева доведет!" Мои возражения о том, что нам надо остаться в Вильнюсе, он и слушать не хотел. Я сжимала в руках неудобно-огромную карту, а он шел на контакт с ночными жителями. Один раз он даже бросился к гаишникам, которые в это время составляли протокол. Гаишников я от него спасла, а вот водителя - не успела. Водитель все равно ничего о Нактусах не знал. Когда Слава переходил дорогу наперерез литовским девушкам со словами "Извините, пожалуйста...", девицы с хохотом бросались врассыпную, а он не сдавался. Первым дорогу подсказал водитель такси. Приблизительно правильно. Мы потихонечку спускались в старый город - памятник мальчику с ботинком в руках, церкви, похожие на костелы, костелы, похожие на церкви, афиша Борисуса Гребенщиковуса и тишинааа... Здесь мы остановили второго таксиста. Таксист, естественно, знал, куда нам надо, и предложил подвезти за 27 литов, пеняя на то, что идти еще до-олго, минут 40. Тут вера Славы пошатнулась и он чуть было не предал пеший тур. Но я, памятуя о тетке с сим-картой, сразу заподозрила, что тут что-то неладно. Так мы добрались до первого работающего кабака с оживленной толпой, болтающей по-русски с акцентом. Там нам сказали, куда нам пойти... туда мы и пошли. "Киев", - говорил Слава, когда видел знакомые купола. "Гродно", - говорил он, когда видел знакомые улочки. "Куба!" - сказала я, когда мы дошли до ратуши и свернули к зданию с фотографиями на стене - похожее есть в Гаване, на нем красуются фотографии маленьких кубинок, запечатленных в очень важный день их жизни, когда уже все можно. Здесь Слава решил уточнить маршрут, достал сигарету, прикурил и пошел в наступление на приближающегося литовца:

- Извините пожалуйста, не подскажете... - на это литовец ответил по-литовски. Слава не растерялся: - Do you speak English?
- Yes, - вышел на контакт литовец.
- Do you know where is... - тут Слава замолчал, потому что увидел, что литовец в ответ протягивает ему зажигалку. Когда я вижу, что один мужчина дает прикурить мужчине, который уже курит, я понимаю, что в разговор пора вмешаться мне.

Пара закоулков и дворов, лишняя петля и вот... "40 минут?! - сокрушался Слава. - 40 минут?! Где тут 40 минут? Что у них с чувством дистанции?" И правда, если бы мы знали прямой маршрут, то от дома дошли бы за полчаса, а от того места, где повстречался таксист, - минут за 15. "Я тебя уверяю, если бы ты дал ему 27 литов, он вез бы тебя ровно 40 минут даже на машине". В общем, тут были мы, а перед нами - Мохито Нактус. Нас, пиво и танцы разделял только охранник клуба.

- Можно войти?
- Мы уже закрылись.
- Но у нас там ДРУЗЬЯ, они нас там ЖДУТ.
- Там никого нет.
- Никого нет?..
- Ни-ко-го нет.

Тут уж я огорчилась и написала сообщение - мы, мол, пришли, а вас, мол, уже и нет.

- Может, вы скажете, как отсюда добраться до этоговот отеля? - последнее, что я спросила у охранника. Охранник крикнул (теоретически) то же самое, только по-литовски, компании неподалеку. Ему ответили непереводимым набором литовских слов, и они вместе посмеялись.
- Нет, - сказал нам охранник. - Не знаю.
- По-моему, - Слава сжал кулаки. - Там ответили что-то другое...

К счастью, в этот момент за спиной послышался звонкий хохот и знакомый голос.

- Томас! Ты!? Но нам сказали, что внутри ни-ко-го нет...
- Очевидно, - с этими словами Томми распахнул объятья. - Что вас обманули. Орен уже ушел спать. Ну так куда идем танцевать? Что тут еще работает? Кстати, это мой "младший брат", как я его называю... - так мы познакомились с Педро, эквадорским безумием, которое, вероятно, не смеется, только когда спит. Это был его первый приезд в Европу - раньше у нас не было шансов встретиться.

Было примерно четыре часа утра, когда после прогулки с песнями мы остановились напротив полицейского участка. По-прежнему хотелось танцевать и пива. Третий таксист сообщил, что в округе уже вряд ли что-то работает. Даже Habana Social Club, который мы высмотрели в путеводителе и в который нам по понятным причинам хотелось попасть. Тогда Томас заявил - танцевать будем прямо тут. Он подал сигнал Педрито, и они устроили сейшн, не сходя с места. "Танцуй! - требовал Томас. - Танцуй же, кому говорят!" Я хохотала. После того как сет закончился, Педро повернулся лицом к полицейскому участку и от всей души, заливаясь смехом, начал кричать что-то про марихуану, извиняясь и объясняясь, что он вовсе не поощряет нелегальную продукцию, но вот marijuana... Я хохотала. Когда Младший Брат закончил свою мысль, мы зашли в смежный с полицейским участком кабак и заказали наконец-то "хорошего литовского пива" с лимоном. По ТВ показывали Гвен Стефани, поэтому мы говорили о ней, потом о группе Ленинград, потом о Тайгер Лилиз, потом о Мексике, об Эфиопии, об Эквадоре, потом о лобстере, которого Педрито съел, а клешню повесил на шею. Он (Педро, не лобстер) периодически вскакивал из-за стола и выплясывал, потом мы все вместе пели какие-то песни, опять что-то бурно обсуждали... все это длилось до тех пор, пока с того момента, как Томас и Педро спали последний раз, не прошло 56 часов. Было ужасно хорошо, но впереди еще ждал длинный день и всем нам надо было немного отдохнуть. Педро был не против, Томми сопротивлялся, но мы проводили их до гостиницы. Там уже посмотрели план выезда на фестиваль - автобус с музыкантами уходил в 7 часов. "Мы можем еще потанцевать до отъезда! А потом вместе доехать на автобусе", - очень хотелось согласиться, но нам казалось, что 7 часов - это как-то поздно, ведь надо было получить аккредитации, расставить палатку и фиг знает что еще... О том, что план Томми был самым рациональным по времени и силам, мы поняли намного позже.

Часть 3: Автостоповая, цыганская
Часть 4: Собственно, фестивальная
Часть 5: Шведская